– Слушай, ты завтра что делаешь?
– Да, так... Особо ничего... В Таиланд лечу, погреться, понырять, отоспаться...
– Хм... А, может, давай с нами в Антарктиду, у нас тут как раз одно место освободилось?
Конечно, я допускаю, что есть люди, кого такой телефонный разговор мог бы удивить. Но лично мы, скорей всего, незнакомы. И, слава Богу, что есть нормальные люди, которые вот так просто могут позвонить и спросить как бы между прочим: а как там насчет Антарктиды? Ну вот, например, Саша Губин, из Череповца. Кто не знает Сашу?!! Э-эх вы...
А звонил он мне в тот понедельник, что шел первым сразу после фестиваля «Золотой дельфин». Поэтому утро вторника, 24 февраля, застало меня у ворот в посольство Аргентины. С сумками и кофрами по полной выкладке. Надо было получить визу, причем сегодня и обязательно до обеда...
Фридайвер и айсберги, или минус четыре под водой
– Слушай, ты завтра что делаешь?– Да, так... Особо ничего... В Таиланд лечу, погреться, понырять, отоспаться...
– Хм... А, может, давай с нами в Антарктиду, у нас тут как раз одно место освободилось?
Конечно, я допускаю, что есть люди, кого такой телефонный разговор мог бы удивить. Но лично мы, скорей всего, незнакомы. И, слава Богу, что есть нормальные люди, которые вот так просто могут позвонить и спросить как бы между прочим: а как там насчет Антарктиды? Ну вот, например, Саша Губин, из Череповца. Кто не знает Сашу?!! Э-эх вы...
А звонил он мне в тот понедельник, что шел первым сразу после фестиваля «Золотой дельфин». Поэтому утро вторника, 24 февраля, застало меня у ворот в посольство Аргентины. С сумками и кофрами по полной выкладке. Надо было получить визу, причем сегодня и обязательно до обеда...
